Эмоциональное насилие – главный фактор мыслей о суициде

Масштабное международное исследование показало, что почти у половины первокурсников, поступивших в университеты, в какой-то момент жизни возникали суицидальные мысли, что значительно выше, чем у населения в целом. Исследование, ставшее крупнейшим в своем роде из когда-либо проводившихся, также выявило ключевые факторы риска, включая неблагоприятные события в детстве и определённые психические расстройства, которые связаны с такими мыслями и поведением. Результаты опубликованы в журнале Psychiatry Research.

Поступление в университет – это время глубоких перемен и повышенного стресса для молодых людей. Многие студенты впервые покидают дом, сталкиваются с новыми трудностями в учебе и осваиваются в сложной социальной обстановке. Предыдущие исследования показали, что в последние годы в этой возрастной группе наблюдается тревожный рост суицидальных мыслей.

Ученые уже давно поняли, что такие факторы, как тяжелый детский опыт и психические расстройства, связаны с риском самоубийства.

Однако для количественной оценки распространённости этих проблем среди учащихся по всему миру и для лучшего понимания конкретных путей, которые приводят от суицидальных мыслей к планам и попыткам самоубийства, требовалось масштабное комплексное исследование. Данное исследование было направлено на то, чтобы восполнить этот пробел, изучив эти связи на примере исключительно большой и разнообразной группы учащихся.

Исследование проводилось в рамках проекта «Международная студенческая инициатива по охране психического здоровья», реализуемого Гарвардским университетом. В период с 2017 по 2023 год исследователи собрали данные почти 73 000 студентов, большинство из которых учились на первом курсе университета. Участники представляли 71 университет в 18 странах, включая Австралию, Канаду, Испанию, Кению, Мексику, Южную Африку и Швецию.

Студентам участвующих в исследовании учебных заведений было предложено пройти конфиденциальный онлайн-опрос по электронной почте. Эта анкета была разработана для сбора информации по нескольким направлениям. Студентам задавались вопросы о том, испытывали ли они когда-либо суицидальные мысли, составляли ли они план самоубийства или пытались ли совершить самоубийство. В анкете также были вопросы о наличии у них в прошлом психических заболеваний, а также о том, сталкивались ли они с неблагоприятными жизненными событиями, особенно в детстве.

Результаты опроса рисуют мрачную картину проблем с психическим здоровьем, с которыми сталкивается эта группа населения. Данные показали, что 47 процентов студентов, принявших участие в опросе, в какой-то момент своей жизни задумывались о самоубийстве.

Помимо мыслей о самоубийстве, 26% респондентов сообщили, что составляли конкретный план, а 10% предприняли попытку самоубийства.

За 12 месяцев, непосредственно предшествовавших опросу, показатели также были высокими. В течение этого года у 30 процентов студентов возникали мысли о самоубийстве, у 14 процентов был план, а 2,3 процента пытались покончить с собой.

Исследователи отметили, что эти показатели значительно выше, чем у населения в целом. Они предупреждают, что результаты могут быть несколько завышены. Это объясняется тем, что студенты, которые столкнулись с суицидальными мыслями, могли с большей вероятностью участвовать в опросе о психическом здоровье. Это явление известно как систематическая ошибка самоотбора.

Центральным выводом исследования стала связь между детским опытом и и более поздним риском самоубийства. Филипп Мортье, научный сотрудник Научно-исследовательского института больницы Дель Мар, принимавший участие в исследовании, объяснил, что пережитое эмоциональное и сексуальное насилие, а также пренебрежение тесно связаны не только с первоначальным возникновением суицидальных мыслей, но и с развитием планов и попыток самоубийства.

“Эмоциональное и сексуальное насилие, а также пренебрежение – особенно в детском возрасте – напрямую связаны с суицидальными мыслями и переходом к планированию и попыткам самоубийства”, – объясняет Мортье. “Все эти факторы сопряжены с риском – каждое травмирующее событие, каждое психическое расстройство без исключения повышают риск возникновения суицидальных мыслей и попыток самоубийства”.

Результаты также указывают на влияние психических расстройств у родителей. Это было определено как фактор риска, который может способствовать подверженности ребенка невзгодам.

Анализ также показал, что у различных групп учащихся риск распределяется неравномерно. Гендерная идентичность стала важным фактором.

Было обнаружено, что учащиеся, которые идентифицировали себя как трансгендеры, подвергаются значительно более высокому риску суицидального поведения. По сравнению со своими сверстниками, они в 2,4 раза чаще испытывали суицидальные мысли и в 3,6 раза чаще предпринимали попытки самоубийства. Исследователи предполагают, что это связано с тем, что трансгендеры часто подвергаются большему количеству факторов риска, включая социальную стигматизацию и дискриминацию.

Исследование также показало, что сексуальная ориентация является ключевым прогностическим фактором. Учащиеся,  которые идентифицируют себя как негетеросексуалы, чаще сталкиваются с суицидальными мыслями и поведением. Эти риски сохраняются даже после учета других факторов, таких как неблагополучное детство и психические расстройства.

При совместном рассмотрении всех факторов тремя наиболее сильными прогностическими факторами суицидального поведения оказались эмоциональное насилие в прошлом, диагноз “большое депрессивное расстройство” и диагноз “биполярное расстройство”.

Исследование также позволило более детально рассмотреть, как различные факторы влияют на разные стадии суицидального поведения. Например, расстройства настроения, такие как большое депрессивное расстройство, были наиболее тесно связаны с первоначальным возникновением суицидальных мыслей.

Напротив, другие состояния, такие как паническое расстройство и биполярное расстройство, были более тесно связаны с переходом от мыслей к попыткам самоубийства.

Это различие помогает показать сложные процессы, связанные с ростом риска самоубийства. Аналогичным образом, эмоциональное насилие было очень сильным прогностическим фактором возникновения суицидальных мыслей, в то время как физическое насилие однозначно ассоциировалось с повторными попытками самоубийства в течение длительного времени. Эти закономерности говорят о том, что студентам, находящимся в разных группах риска, могут потребоваться различные виды вмешательства.

Мортье заявляет, что для предотвращения таких последствий потребуются более значительные инвестиции в поддержку психического здоровья на уровне университетов. Он утверждает, что учебным заведениям нужно больше ресурсов для снижения распространённости психических расстройств и риска самоубийств у студентов.

Испанский координатор инициативы Хорди Алонсо добавляет, что эффективная профилактика должна быть комплексной. Он объясняет, что любая успешная стратегия должна учитывать совокупность факторов риска, с которыми может столкнуться учащийся. К ним относятся пол, гендерная идентичность, сексуальная ориентация и любой негативный опыт, полученный в детстве. Взаимодействие этих факторов может создавать замкнутый круг, постепенно повышая риск самоубийства.

Исследователи признают ряд ограничений своей работы. Исследование было поперечным, то есть проводилось в определённый момент времени. Лонгитюдное исследование, отслеживающее одну и ту же группу студентов в течение нескольких лет, позволило бы глубже понять, как эти факторы риска развиваются и взаимодействуют с течением времени.

Информация о психических расстройствах и неблагополучном детстве также основывалась на самоотчетах студентов, а не на официальных клинических интервью.

Кроме того, поскольку исследование охватывало 18 стран, его результаты могут быть неприменимы ко всем студентам университетов по всему миру. Необходимы дальнейшие исследования, чтобы воспроизвести эти результаты на других группах населения, а также разработать и протестировать программы профилактики, основанные на факторах риска, выявленных в ходе этого масштабного исследования.