Прием антидепрессантов не связан с массовыми расстрелами

В новом исследовании, опубликованном в журнале Psychiatry Research, говорится о том, что прием антидепрессантов не связан с массовыми расстрелами в США. Используя одну из крупнейших на сегодняшний день баз данных о массовых убийствах, исследователи из Колумбийского университета проанализировали более 800 инцидентов с применением огнестрельного оружия в период с 1990 по 2023 год. Полученные ими результаты свидетельствуют о том, что лишь небольшой процент участников массовых расстрелов в прошлом принимали антидепрессанты или другие психитропные препараты, и не было выявлено четкой связи между приемом лекарств и попытками самоубийства во время нападений.

Опасения по поводу возможной роли антидепрессантов в актах массового насилия сохраняются на протяжении десятилетий. Эти опасения отчасти вызваны предупреждениями регулирующих органов о возможном росте суицидальных мыслей и поведения у некоторых людей, принимающих эти препараты.

В СМИ также иногда упоминается о возможной роли психотропных препаратов в массовых расстрелах, что вызывало беспокойство общественности.

В то же время исследования неизменно показывают, что у массовых убийц часто возникают проблемы с психическим здоровьем, включая высокий уровень суицидальности. В предыдущих исследованиях изучалось состояние психического здоровья массовых убийц, но лишь в немногих из них подробно рассматривалось, могли ли психотропные препараты повлиять на эти события.

Учитывая это, исследовательская группа решила провести более тщательный анализ, используя базу данных Columbia Mass Murder Database, которую они разработали для изучения взаимосвязи между психическими заболеваниями, приемом лекарств и насилием. Их цель состояла в том, чтобы дать более обоснованный ответ на вопрос о том, могут ли антидепрессанты или другие психотропные препараты играть определенную роль в массовых убийствах с применением огнестрельного оружия.

“Область моих интересов – шизофрения, с акцентом на насилие при шизофрении. Я хотел как можно точнее определить для себя, существует ли связь между массовыми расстрелами и психическими заболеваниями. Это побудило меня и моих коллег создать базу данных Columbia Mass Murder Database и продолжить работу в этом направлении”, – говорит автор исследования Раги Р. Гиргис, профессор клинической психиатрии Колумбийского университета.

Исследователи сосредоточились на инцидентах в США, произошедших в период с 1990 по 2023 год, выбрав только те, в которых от огнестрельного оружия погибли три или более человек, не считая самого преступника. События, связанные с организованной преступностью, терроризмом или войной, были исключены.

Исследование проводилось на основе общедоступных источников, включая сообщения СМИ, судебные протоколы, заявления полиции и существующие базы данных.

Эти материалы были проанализированы на предмет наличия какой-либо информации о том, назначались ли преступнику психиатрические препараты и принимал ли он их.

Из 852 случаев массовых расстрелов, включенных в исследование, только 34 преступника (около 4%) в течение жизни принимали антидепрессанты. Пять человек (0,6%) принимали антипсихотические препараты, а еще 37 (4,3%) проходили лечение другими или неуказанными психотропными препаратами. В общей сложности 56 стрелков (6,6 процента) в какой-либо момент своей жизни употребляли психотропные препараты.

Исследователи также изучили, была ли какая-либо связь между употреблением лекарств и попытками самоубийства во время этих событий. В общей сложности 279 преступников пытались покончить с собой во время нападения. В этой группе 15 человек (5,4%) принимали антидепрессанты, по сравнению с 19 людьми (3,3%), которые не предпринимали попыток самоубийства. Это различие не было статистически значимым.

Аналогичная картина наблюдалась, когда исследователи учитывали все психотропные препараты, а не только антидепрессанты.

Попытки самоубийства были немного чаще у тех, кто принимал какие-либо лекарства, но, опять же, разница не была значимой с точки зрения статистики.

Важно отметить, что данные свидетельствуют о том, что более чем в половине случаев, связанных с применением психотропных препаратов, преступник не принимал их активно в момент стрельбы. Почти в трети случаев считалось, что стрелявший принимал лекарства во время инцидента, но исследователи не нашли доказательств того, что эти лекарства сыграли какую-либо непосредственную роль в нападении. В остальных случаях было неясно, принимал ли человек лекарства в настоящее время.

В ходе исследования также был проведён сравнительный анализ показателей употребления антидепрессантов участниками массовых расстрелов с показателями у населения в целом. Согласно предыдущим популяционным данным, уровень употребления антидепрессантов в США намного выше, чем уровень, наблюдаемый среди преступников в этом исследовании. Это говорит о том, что если бы психотропные препараты были непосредственной причиной массовых расстрелов, доля стрелков, их принимавших, вероятно, была бы значительно выше, чем было выявлено.

“Подавляющее большинство случаев массовых расстрелов не связано с психическими заболеваниями”, – говорит Гиргис. “Психотропные препараты, и СИОЗС в частности, не вызывают массовых расстрелов”.

“Основным модифицируемым фактором риска массовых расстрелов на уровне популяции является доступность огнестрельного оружия”.

Но у этого исследования есть ограничения. Во-первых, все данные были собраны из общедоступных источников, таких как новостные статьи и онлайн-записи. При таком подходе могут быть упущены случаи, когда информация о приёме лекарств не сообщалась или держалась в тайне. В ходе исследования также не всегда удавалось определить, принимались ли лекарства в соответствии с предписаниями во время нападения или человек недавно прекратил их принимать.

Другое ограничение связано с трудностью проведения различия между суицидальными мыслями, которые являются побочным эффектом приема лекарств, и мыслями, связанными с психическим расстройством, для лечения которого и были назначены лекарства. Это различие важно, поскольку многие люди начинают лечение из-за уже имеющегося суицидального поведения, а не потому, что лекарство его вызвало.

В то же время авторы предполагают, что усилия по предотвращению массовых расстрелов должны быть направлены не на использование лекарств, а на более эффективную диагностику и лечение людей с нелеченными психическими расстройствами.

Они отмечают, что лишь около пяти процентов массовых расстрелов, по всей видимости, напрямую связаны с нелеченными психическими расстройствами.

Таким образом, они утверждают, что более широкие причины массовых расстрелов, включая доступ к огнестрельному оружию и культурное восприятие насилия с применением оружия, заслуживают большего внимания в общественных дискуссиях и при разработке политических решений.

“Мы опубликовали большую часть основных результатов нашей работы”, – говорит Гиргис. “Мы планируем опубликовать дополнительные выводы о правовых последствиях массовых убийств (для тех преступников, которые не покончили с собой во время совершения преступления), о связи между неблагоприятным опытом детства и массовым убийством, а также связи между домашним насилием в прошлом и последующими массовыми убийствами членов семьи”.

“В дополнение к огромной роли, которую слабые законы об огнестрельном оружии играют в массовых расстрелах, романтизация насилия с применением огнестрельного оружия индустрией развлечений (кино, телевидение, видеоигры, музыка) является ключевым фактором роста насилия с применением огнестрельного оружия в Америке”.

Подпишитесь на сайт Психолог в интернете
в Telegram или ВКонтакте.
Помощь психолога