Социальные сети способствуют развитию РПП у подростков

Недавнее исследование показало, что каждый четвертый подросток в Британской Колумбии (Канада) жалуется на расстройство пищевого поведения или значительную тревожность в связи с питанием и образом своего тела. У трансгендерных* подростков и представителей сексуальных меньшинств* эти показатели ещё выше. По словам исследователей, эти общие риски связаны с использованием социальных сетей и влиянием дезинформации, распространяемой лидерами мнений.

“Социальные сети могут усиливать существующую существующую неуверенность в себе и провоцировать сравнения на основе внешнего вида у всех подростков”.

“В частности, трансгендерная и гендерно-неконформная молодёжь может использовать ограничение калорийности пищи как способ избежать развития половых признаков”, – говорит профессор медицины Хасина Самджи.

“Без уравновешивающих голосов в этих сообществах вредные сообщения об образе тела и пищевых привычках могут бесконтрольно распространяться и, возможно, способствовать теневой пандемии расстройств пищевого поведения, отмечают некоторые врачи в Британской Колумбии”.

В кросс-секционном исследовании, опубликованном в Journal of Adolescent Health, использовались данные ежегодного опроса о благополучии молодежи за 2022-2024 годы, проведенного в школах Британской Колумбии, в основном среди учащихся 11 классов.

Опрос показал, что чаще всего расстройства пищевого поведения встречаются у девушек, идентифицирующих себя как лесбиянки*, бисексуалки* или квир-персоны* (43%), а также у трансгендерной* и гендерно-экспансивной* молодёжи (40 %).

Более 32 % цисгендерных гетеросексуальных девушек и 9 % цисгендерных гетеросексуальных юношей также сообщили о расстройствах пищевого поведения.

У девушек из цисгендерного меньшинства, а также у трансгендерных* и гендерно-неконформных* подростков вероятность развития расстройств пищевого поведения была выше при использовании социальных сетей всего один-два часа в день.

“Воспитание детей сопряжено с огромными трудностями и давлением, но не каждый ребёнок в возрасте 13, 14, 15 или даже 16 лет готов к использованию социальных сетей с точки зрения развития”, – говорит Самджи, старший научный сотрудник отдела психического благополучия населения в Центре по контролю и профилактике заболеваний Британской Колумбии.

“Это зависит от уровня цифровой грамотности каждого подростка и от того, насколько хорошо он умеет контролировать свои эмоции, когда у него возникают проблемы в общении с друзьями, возникающими при использовании социальных сетей или телефонов для общения с друзьями”, – добавляет она.

Исследование показало, что положительный детский опыт – например, крепкие семейные узы, поддержка взрослых и чувство принадлежности к сверстникам и сообществу, снижает риск развития расстройств пищевого поведения, а также сокращает время, проведенное в социальных сетях.

Это проблема, которую родители или подростки не могут решить в одиночку

Управление доступом подростков к социальным сетям и временем, которое они в них проводят, “требует скоординированных действий со стороны школ и органов здравоохранения, а также привлечения технологических компаний к ответственности за их алгоритмы”, – говорит Андрес Дельгадо-Рон, исследователь в области общественного здравоохранения и ведущий автор исследования.

Хотя Австралия приняла решение о полном запрете социальных сетей для подростков младше 16 лет, Самджи считает, что “нам было бы лучше работать вместе с молодежью над совместной разработкой здоровых подходов к использованию экранов и социальных сетей, с которыми они в конечном счёте всё равно столкнутся”.

Она говорит, что индивидуально разработанные программы вмешательства могут удовлетворить конкретные потребности тех, кто находится в группе риска, сохранив при этом преимущества и социальные связи, которые подростки могут получить в социальных сетях.

В исследовании содержится призыв к расширению обучения цифровой грамотности, в частности, к осознанному использованию социальных сетей, к созданию большего количества общественных пространств для личного общения молодежи, а также к разработке рекомендаций в области общественного здравоохранения и школьной политики, направленных на снижение зависимости от социальных сетей, с сохранением необходимого общения.