“Гормон любви” может предотвращать тревогу из-за стресса

Исследователи из Государственного университета Сан-Паулу (UNESP) в Бразилии на примере крыс продемонстрировали, что синтетическая версия окситоцина может предотвращать тревожное поведение, вызванное социальным стрессом. Исследование, опубликованное в журнале Progress in Neurobiology, подтверждает роль окситоцина и связанных с ним нейронных цепей в модулировании тревожности. Оно также открывает путь для новых терапевтических подходов.

“Мы заметили, что после серии экспериментов, в ходе которых самцы крыс испытывали социальный стресс, карбетоцин (синтетический аналог окситоцина) оказывал профилактическое воздействие на этот тип тревожности”, – объясняет Карлос Крестани, профессор факультета фармацевтических наук и координатор исследования. “Применяемая доза не оказала анксиолитического эффекта, то есть не делала животное более смелым. На самом деле животное вело себя так же, как крысы из контрольной группы, которые не подвергались стрессу”, – добавляет он.

Окситоцин, известный как гормон любви, находится в обратной зависимости от кортизола, который участвует в развитии различных патологий, связанных со стрессом.

В то время как система, связанная с кортизолом, подготавливает организм к реакции «бей или беги», система окситоцина связана со спокойствием, социальными связями и эмоциональной регуляцией. Исследование, проведенное в Государственном университете Сан-Паулу, подтверждает идею о том, что эта цепь играет фундаментальную роль в модулировании тревожности, вызванной хроническим социальным стрессом у крыс, – эффект, который мало изучен у этого вида животных.

“Лабораторные крысы не так территориальны, как мыши. Поэтому данное исследование является беспрецедентным, поскольку демонстрирует воздействие карбетоцина на этих животных, подтверждая роль окситоцина в регулировании тревожности”, – говорит Лукас Канту де Соуза, который изучал эту тему в рамках постдокторской программы и в настоящее время является научным сотрудником кафедры биоинженерии Техасского университета в Далласе (США).

Социальное поражение

В своем исследовании ученые использовали модель стресса у грызунов, известную как «социальное поражение», при которой в клетку к самцу, живущему с кормящей самкой и ее новорожденными детенышами, подсаживают чужака. Это повышает территориальность и агрессивность самца, но самку и детенышей на время взаимодействия из клетки убирают.

Крыса-нарушитель проходит четыре сеанса в разные дни с новыми обитателями и в новой обстановке. Затем её оценивают в тесте на тревожность, называемом «приподнятый крестообразный лабиринт», классической модели для измерения тревожного поведения.

“Хотя стресс не вызывал выраженного социального избегания, у крыс, подвергшихся поражению, наблюдалось значительное снижение активности в исследовании открытых рукавов лабиринта. Поскольку эти рукава считаются неприятными местами, такое поведение интерпретируется как повышенная тревожность”, – говорит Соуза.

Животные, которым перед сеансами стрессового воздействия вводили карбетоцин, сохраняли исследовательскую активность, аналогичную той, что наблюдалась в контрольной группе, не подвергавшейся стрессу.

“Препарат не делал их более бесстрашными, а скорее действовал превентивно, смягчая воздействие на тревожное поведение”, – говорит Соуза.

Чтобы выяснить, связан ли этот эффект с рецепторами окситоцина, исследователи провели эксперименты с двумя антагонистами окситоцина. “Один из них полностью блокировал защитное действие карбетоцина при предварительном введении, показывая, что положительный эффект напрямую зависит от активации окситоцинергической системы”, – говорит он.

Исследователи также проанализировали медиальную префронтальную кору – область мозга, участвующую в контроле реакций на стресс и тревогу. Они обнаружили, что карбетоцин увеличивает количество рецепторов окситоцина в подобластях этой области, в то время как антагонисты снижают этот эффект. Это открытие подтверждает роль этой области в опосредовании наблюдаемого профилактического эффекта.

“Это исследование является еще одним доказательством связи между окситоцином и этим типом тревожности. Однако, несмотря на результаты, важно отметить, что исследование представляет собой начальный шаг в понимании биологии. Для того чтобы окситоцин действительно стал лекарством от тревожности, необходимо провести еще много исследований, прежде чем его можно будет ответственно применять в клинической практике”, – добавляет он.

Подпишитесь на сайт Психолог в интернете
в Telegram, ВКонтакте или в MAX
Помощь психолога