Тяга к наркотикам изменяет в мозге принятие решений

Новое исследование показывает, что у людей с зависимостью тяга, то есть сильное желание употребить вещество, может влиять на принятие решений. При этом то, как тяга влияет на принятие решения, может зависеть от того, что поставлено на карту. “Результаты, опубликованные в журнале Nature Mental Health, важны, потому что понимание тяги к наркотикам является ключом к пониманию и лечению самой зависимости”, – говорят исследователи.

“Зависимость очень трудно поддается лечению, и одна из причин заключается в том, что мы не до конца понимаем природу тяги к психоактивным веществам”, – говорит старший автор исследования доктор Сяоси Гу, профессор психиатрии и директор подразделения компьютерной психиатрии.

Хотя тяга к наркотикам и принятие вредных решений связаны между собой при различных видах зависимостей, неясно, как и в какой степени они влияют друг на друга. В своем новом исследовании Гу и ее команда использовали вычислительные модели, чтобы лучше понять взаимосвязь между тягой к наркотикам и принятием решений.

“Если мы поймем, каковы мозговые механизмы, связанные с тягой к наркотикам, мы сможем многое понять о том, почему люди становятся зависимыми”, – говорит доктор медицины Каустуб Р. Кулкарни, ординатор-психиатр в программе подготовки научных кадров в области нейронаук

Изучение тяги и принятия решений при наркотической зависимости

В исследовании приняли участие 132 человека, которые сообщили, что употребляют алкоголь или каннабис в умеренных и чрезмерных количествах.

Участники выполнили задание, в котором им предстояло сыграть на двух игровых автоматах, и перед ними была поставлена цель получить максимальный выигрыш на обоих автоматах. В определенный момент времени один из игровых автоматов позволял участнику выигрывать в 80% случаев, а другой – только в 20% случаев; затем “выигрышный автомат” менялся несколько раз на протяжении всего эксперимента. Участникам сообщили, что на одном автомате можно выиграть больше, чем на другом, но не уточнили, на каком именно.

Когда участники выигрывали раунд, они получали либо “деньги” (изображение монеты), либо им показывали изображение, связанное с употребляемым ими веществом, например, фотографию пива для группы, употребляющей алкоголь, или фотографию бонга для группы, употребляющей каннабис. Участники также сообщали об уровне своей тяги и настроении в различные моменты эксперимента.

Исследователей интересовало, влияет ли тяга на выбор и какое влияние оказывают победы и поражения.

Алкоголь и каннабис по-разному влияют на принятие решений

Когда участники играли на деньги, они быстро определяли выигрышный игровой автомат. После того как участники получали денежное вознаграждение, они с большей вероятностью выбирали тот же игровой автомат снова. Если же они проигрывали, они корректировали свой выбор, пробуя другой автомат.

Исследователи обнаружили, что когда в качестве вознаграждения предлагались изображения алкоголя или каннабиса, уровень тяги участников к ним менял процесс обучения.

С помощью компьютерного моделирования исследователи обнаружили, что в группе, употреблявшей алкоголь, сильная тяга к спиртному помогала участникам быстрее находить выигрышную стратегию. Однако в группе, употреблявшей каннабис, более сильная тяга замедляла этот процесс обучения.

“Есть что-то, что отличает механизм действия алкоголя от механизма действия каннабиса”, – говорит Кулкарни. “Это может быть собственно фармакологическое воздействие алкоголя на мозг, которое существенно отличается от воздействия каннабиса, или же это может быть что-то совершенно другое”.

Полученные данные свидетельствуют о том, что тяга к алкоголю потенциально изменяет то, как люди учатся на своем опыте. “Например, у людей с алкогольной зависимостью сильная тяга может создать замкнутый круг обратной связи”, – говорит Гу.

“Это может объяснить, почему так трудно разорвать порочный круг зависимости, поскольку мозг постоянно адаптируется”, – говорит она.

Разработка новых методов лечения зависимости

Как утверждают исследователи, это исследование открывает новые возможности для лечения зависимостей.

“Мы продемонстрировали наличие некоторых вычислительных сбоев”, – говорит Кулкарни. “Теперь нам нужно понять, в какой части мозга она происходит”.

Один из способов сделать это – с помощью нейровизуализации. В настоящее время команда проводит дополнительные исследования с использованием сканирования мозга, чтобы определить, какие нейронные цепи в этом задействованы.

“Нам нужно понять не только вычислительную, но и нейровычислительную структуру того, как связаны определенные части этого расстройства”, – говорит Кулкарни. “Тогда мы сможем использовать наше понимание современных фармакологических методов лечения, методов стимуляции мозга или даже психотерапии, чтобы адаптировать их к конкретным задействованным схемам”.

Хотя на данном этапе команда предостерегает от поспешных выводов о возможности применения результатов в клинической практике – Кулкарни говорит, что перевод исследования в клиническую практику требует времени, – их конечная цель – использовать эти вычислительные отпечатки в качестве биомаркеров для оценки состояния пациентов и прогнозирования результатов лечения.

“Я надеюсь, что эти игровые поведенческие тесты будут использоваться для оценки состояния пациентов в клиниках”, – говорит Гу. “В отличие от нейровизуализации, которая требует дорогостоящего оборудования, поведенческие тесты можно выполнять где угодно, даже удаленно во время телемедицинских консультаций”.

“И эта работа может выйти за рамки изучения зависимости”, – добавляет она. “Я думаю, что возможность изучать эту сильную субъективную тягу таким образом очень важна, поскольку она также влияет на многие другие состояния, такие как расстройства пищевого поведения и чувство одиночества или социальной изоляции”, – говорит она.