Психолог в интернете Новости наук о человеке и психологическая помощь. Сайт психолога Андрея Гаврилова.
Новое исследование, проведенное в Сент-Эндрюсском университете, показало, что готовность человека к межгрупповому насилию не является чем-то единым или обусловленным общим образом мышления. Это исследование, опубликованное в журнале Proceedings of the National Academy of Sciences, в котором приняли участие более 100 ученых, представляющие различные учреждения из 58 стран, показало, что насильственные экстремистские намерения обусловлены двумя принципиально разными психологическими мотивами.
Существуют два типа экстремизма: оборонительный, направленный на защиту группы от предполагаемых угроз, и наступательный, направленный на установление доминирования группы и расширение влияния.
В этом предварительно зарегистрированном исследовании были проанализированы данные 18 128 участников со всего мира. Полученные данные свидетельствуют о том, что в 56 из 58 стран, в которых проводились опросы, оборонительные экстремистские намерения неизменно преобладают над наступательными, получая более высокий уровень одобрения.
Это говорит о широко распространенной тенденции считать оборонительное насилие более приемлемым с моральной точки зрения, чем насилие, направленное на завоевание.
Исследование показало, что эти две формы экстремизма привлекают разные типы людей. У людей с высоким уровнем нарциссизма и сильной склонностью манипулировать другими наблюдается особенно сильное предпочтение оборонительного экстремизма. Исследователи предполагают, что расчетливые люди могут стратегически использовать воспринимаемую легитимность насилия, преподносимого как способ защиты.
И наоборот, сильное стремление к групповому доминированию и высокий уровень религиозного фундаментализма были связаны с наступательным экстремизмом. Психопатия положительно коррелировала с обоими типами насильственных намерений. Более того, либеральная политическая групповая идентификация неожиданно оказалась связана с более выраженными агрессивными и менее выраженными оборонительными намерениями, что, возможно, отражает готовность нарушить сложившийся порядок вещей.
“Исследования, посвященные межличностному насилию, давно показали, что оно может принимать множество различных форм, каждая из которых обусловлена разными причинами. Наша работа показывает, что то же самое верно и для насилия между группами. Понимая различные типы межгруппового насилия и факторы, которые его предвещают, мы можем сделать важный первый шаг к более эффективному реагированию на него”, – говорит доктор Анна Стефаниак из Школы психологии и нейронаук Сент-Эндрюсского университета.
“Мы часто рассматриваем насильственный экстремизм как единое явление, но наши данные показывают, что психологическое стремление защитить свою группу заметно отличается от стремления доминировать над другими. Понимание этой двойственной природы имеет решающее значение, поскольку каждый тип экстремизма апеллирует к различным психологическим установкам и требует различных стратегий вмешательства”, – говорит ведущий автор исследования Йонас Р. Кунст из Норвежской бизнес-школы Института управления (Норвегия).
Важно отметить, что различие между этими двумя типами мышления отражается на состоянии общества в реальном мире.
Исследование показывает, что наступательные экстремистские намерения связаны с дисфункцией общества на макроуровне. В частности, их одобрение положительно связано с уровнем политического террора, внутренними конфликтами и влиянием терроризма.
В странах с более высокими показателями по Глобальному индексу терроризма и более низкими показателями по индексам демократии и человеческого развития наблюдается более высокий уровень наступательных экстремистских намерений. Оборонительные намерения, несмотря на более широкую поддержку, не показали такой же значимой корреляции с насилием в обществе.
“Тем не менее, наш вывод о том, что защитное насилие в целом пользуется большей поддержкой, чем наступательное, позволяет предположить, что межгрупповое насилие часто проистекает из желания защитить свою группу. Но это также означает, что, если рассматривать насилие как защитную реакцию, даже весьма сомнительные действия могут казаться оправданными”, – говорит доктор Николь Тауш из Школы психологии и нейронаук Сент-Эндрюсского университета.
Эти выводы имеют важное значение для программ, направленных на противодействие насильственному экстремизму. Поскольку наступательные и оборонительные намерения реализуются разными психологическими путями, авторы предполагают, что политикам и специалистам по противодействию экстремизму следует отказаться от единых стратегий. Для эффективного устранения конкретных глубинных мотивов, побуждающих людей либо проявлять защитную бдительность, либо прибегать к насилию в целях доминирования, требуются специальные вмешательства.
в Telegram, ВКонтакте или в MAX
Помощь психолога
