Миф о роковой женщине порожден страхом перед обманом

Недавнее исследование, опубликованное в журнале Общественные науки (Social Sciences), показало, что истории об опасных и в то же время привлекательных женщинах практически универсальны в разных культурах. Эти поучительные истории свидетельствуют о том, что мужчины, как правило, боятся риска эмоциональной привязанности и разбитого сердца не меньше, чем их привлекает физическая красота. В конечном счете, это исследование показывает, что знаменитый образ “роковой женщины” проистекает из эволюционной психологии человека, а не просто из местных культурных традиций.

Уильям Янковяк, профессор антропологии из Университета Невады в Лас-Вегасе, провел это исследование, чтобы понять, почему понятие “опасная женщина” так часто встречается в истории человечества. Янковяк также является автором нескольких книг, в том числе книги “Незаконная моногамия: внутри сообщества мормонских фундаменталистов“, вышедшей в 2023 году, и книги 2026 года “Полигамия: основы“. Он хотел посмотреть, служат ли эти повествования о “роковых женщинах” предупреждением об эволюционных рисках, связанных с выбором ненадежной партнерши.

“Меня давно интересуют универсальные человеческие явления, что привело меня к эволюционным подходам к влечению и брачному поведению”, – объясняет Янковяк.

“Если мужчин согласно некоторым теориям так сильно привлекают молодые женщины, то мы должны также учитывать культурные повествования – истории, предупреждения или тревоги – о потенциальных рисках, связанных с этим влечением. Этот проект вырос из вопроса: какие страхи или предостережения сопутствуют влечению?”

Некоторые социологи предполагают, что эти истории возникают в первую очередь из-за социального неравенства и желания контролировать женщин. С этой точки зрения, истории о женщинах-манипуляторах являются продуктом мужского доминирования и специфических социальных структур. Однако ученые-эволюционисты предлагают другое объяснение, основанное на психологии брачного поведения людей.

С точки зрения эволюции, физическая привлекательность и молодость служат биологическими сигналами здоровья и репродуктивного потенциала. Хотя мужчин могут естественным образом привлекать эти черты, поиск партнерши также сопряжен со значительными рисками. К таким рискам относится возможность быть обманутым партнершей, которая на самом деле не стремится к отношениям.

Чтобы получить ответы на свои вопросы, Янковяк проанализировал фольклор и исторические предания 84 различных обществ. Первичные данные были получены из стандартизированной выборки мировых культур, которая была дополнена историческими записями и полевыми наблюдениями. Исследователь прочитал все доступные предания из этих сборников, чтобы определить конкретные повторяющиеся темы.

Исследователь искал истории, в которых персонаж-мужчина страдает, подвергается унижениям или погибает из-за связи с физически привлекательной, но незнакомой ему женщиной. Два независимых аспиранта проанализировали истории, чтобы убедиться в точности определения этих тем. Когда возникли разногласия, истории пересматривались, и три общества были исключены из исследования, поскольку не удалось достичь консенсуса.

В выборку вошли как эгалитарные, так и стратифицированные общества. В эгалитарном обществе люди одного возраста и пола имеют относительно равный доступ к ресурсам и власти.

В стратифицированном обществе богатство и власть распределены неравномерно, что помогает исследователю определить, является ли социальное неравенство причиной создания этих историй.

Полученные данные показали, что мотив опасной женщины присутствует в 79 из 84 исследованных обществ. Это означает, что в 94 процентах изученных культур есть истории, предупреждающие мужчин об опасностях, исходящих от привлекательных женщин. Исследователь обнаружил, что эти истории постоянно встречаются как в эгалитарных, так и в стратифицированных обществах.

Такое широкое распространение позволяет предположить, что эти истории – не просто результат неравенства социальных структур или специфических культурных предубеждений. Напротив, они отражают общий человеческий опыт, связанный с беспокойством при выборе партнера. Эти рассказы выступают в качестве передаваемых из поколения в поколение культурных уроков, которые помогают людям ориентироваться в ситуации неопределенности при выборе романтических отношений.

Если рассматривать мотивы персонажей-мужчин, то результаты исследования противоречат традиционным представлениям о мужских желаниях. В 42 из 48 обществ, где можно было определить мотивацию мужчины, истории были сосредоточены на эмоциональной привязанности или желании долгосрочного партнерства. Лишь в очень небольшом количестве историй временное сексуальное удовлетворение рассматривалась как основная причина вовлеченности мужчины.

“Да. Я ожидал, что на первый план выйдут вопросы сексуальной морали или «грязи», но вместо этого доминирующей темой стала тревога, связанная с обманом, а именно страх быть обманутым после того, как человек взял на себя эмоциональные или долгосрочные обязательства”, – говорит Янковяк, комментируя неожиданные результаты.

В этих историях обычно изображается мужчина, который чрезмерно привязывается к идеализированной женщине, что в конечном итоге приводит к его падению.

Например, в исследовании были рассмотрены истории с разных континентов,, такие как истории о духах-лисах в Южной Америке и Азии, которые обманом заманивают мужчин в разрушительные браки. Среди других примеров – рассказы австралийских аборигенов о духах воды, которые чарующими песнями заманивают мужчин на верную смерть. Мужчины в этих сказаниях редко изображаются агрессивными хищниками, чаще – людьми, которые принимают неверные решения.

“Сексуальные и романтические встречи часто преподносятся как нечто очень приятное, но они также сопряжены с определенными рисками”, – отмечает Янковяк. “Мои исследования показывают, что люди воспринимают их одновременно как потенциально прекрасные и потенциально опасные, особенно когда речь идет о серьезных отношениях”.

“Привлекательность – это не только желание, она также формируется осторожностью, рассказыванием историй и управлением социальными рисками”, – добавляет он. Хотя эти выводы дают представление о человеческой психологии, следует учитывать некоторые ограничения. Наличие определенной темы в фольклоре общества не означает, что каждый человек в этой культуре разделяет тот же самый страх.

Еще один важный момент связан с тем, как исследователи понимают мотивы персонажей этих историй.

“Одним из потенциальных ограничений является то, как мы интерпретируем слово ”любовь” в полученных результатах”, – заявляет Янковяк.

“Я рассматриваю преданность в качестве основной мотивации, но можно также утверждать, что опасения по поводу обмана являются более фундаментальными, а преданность просто повышает ставки в этой игре”.

В будущих исследованиях можно изучить, как эти представления меняются со временем по мере модернизации общества и адаптации к новым социальным нормам. Изучение современных взглядов на отношения остается одним из приоритетов исследователя. “Сейчас я работаю над смежным проектом, в рамках которого изучаю, как молодые люди в Китае представляют себе любовь, в частности какие они имею когнитивные установкит относительно ее роли в счастливом браке”, – делится Янковяк.