Сплетни и манипуляции связаны с повышением рождаемости

Распространение слухов и намеренное исключение сверстников из социальных групп – такое поведение часто считается нежелательным. Новое исследование показывает, что этот вид скрытой враждебности связан с более высокой вероятностью вступления в романтические отношения и рождения большего количества детей. Исследование, опубликованное в журнале Эволюционная психологическая наука (Evolutionary Psychological Science), показывает, что завуалированные формы агрессии могут обеспечивать репродуктивное преимущество в современных популяциях.

Эволюционные психологи отслеживают количество детей у людей, чтобы оценить их эволюционную приспособленность. Этот показатель отражает, насколько успешно человек передает свой генетический материал следующему поколению. Если определенный наследуемый признак приводит к увеличению числа потомков, то со временем он будет все чаще встречаться в популяции. Этот процесс является основным механизмом естественного отбора.

Исследователи изучают различные психологические черты, чтобы понять, формируются ли они под влиянием естественного отбора в современную эпоху. Такие характеристики, как экстраверсия и невротизм, уже показали связь с репродуктивными результатами. Теоретики эволюции предполагают, что агрессивное поведение также может быть адаптивной чертой.

Агрессия может помочь особям защищать территорию, обеспечивать себя ограниченными ресурсами и конкурировать за возможности для спаривания.

Человеческая агрессия в целом разделяется на две категории в зависимости от того, как она выражается. Прямая агрессия включает в себя открытые физические или словесные нападения, например удары или крики. Косвенная агрессия опирается на скрытые тактики причинения вреда. Особый тип косвенной агрессии, известный как реляционная агрессия, направлен на нанесение ущерба социальному положению жертвы и её межличностным связям.

Предыдущие исследования не смогли напрямую связать агрессию с репродукционным успехом у современных людей. В эволюционных исследованиях часто использовались косвенные показатели репродукции, такие как количество партнеров или возраст человека на момент первого сексуального опыта. Когда были доступны данные о фактической фертильности, исследователи часто использовали биологические показатели агрессии, такие как сила верхней части тела.

Марцин Морон, исследователь из Института психологии Силезского университета в Польше, разработал исследование, чтобы проверить, приносит ли реляционная агрессия измеримые репродуктивные выгоды в современном обществе.

Сосредоточившись на фертильности, а не на косвенных показателях отношений, его работа была направлена на проверку эволюционной адаптивности скрытой враждебности.

Морон проанализировал данные 1497 взрослых поляков, которые приняли участие в онлайн-опросе. Возраст участников варьировался от восемнадцати до восьмидесяти одного года, в среднем около сорока восьми лет. Чуть более половины респондентов были женщинами. Участники заполнили демографические анкеты, в которых указали свой социально-экономический статус, семейное положение и количество биологических детей.

Участники также ответили на ряд вопросов, оценивающих их склонность к межличностной агрессии. В ходе опроса эти виды враждебного поведения были разделены на две отдельные категории. В одной категории оценивалась агрессия, направленная на сверстников: участников спрашивали, пытались бы они поставить кого-то в неловкое положение или пригрозить разрывом отношений, чтобы добиться своего. В другой категории оценивалась агрессия, направленная на романтических партнеров, например намеренные попытки вызвать ревность у супруга или супруги.

Морон использовал статистические модели, называемые регрессиями Пуассона, для изучения взаимосвязи между этими агрессивными наклонностями и количеством детей, о которых сообщили участники исследования. Эти статистические модели специально разработаны для анализа для анализа данных, таких как количество потомков. В моделях учитывались демографические переменные, в том числе возраст, пол, социально-экономический статус и наличие романтических отношений на момент опроса.

Выяснилось, что люди, сообщавшие о большей реляционной агрессии по отношению к сверстникам, чаще вступали в романтические отношения, чем те, у кого агрессия была ниже. После поправки на возраст и социально-экономические факторы выяснилось, что более высокий уровень агрессии по отношению к сверстникам связан с большим количеством биологических детей.

Полученные данные показали положительную связь между скрытой агрессией по отношению к сверстникам и фертильностью как у мужчин, так и у женщин.

Затем исследователи выделили участников, которые в настоящее время состояли в романтических отношениях. В этой группе более высокий уровень реляционной агрессии по отношению к романтическому партнеру также был связан с большим количеством детей. При анализе простых статистических корреляций эта специфическая связь наблюдалась преимущественно среди мужчин.

Формальные регрессионные модели, оценивающие все совпадающие переменные одновременно, не подтвердили существенной разницы между полами в этом отношении. Взаимодействие между полом и агрессией в межличностных отношениях не было статистически значимым в итоговых моделях. Поскольку эти гендерные различия не были существенными, Морон отмечает, что предложенные объяснения такого поведения могут в равной степени применяться как к мужчинам, так и к женщинам.

Реляционная агрессия может функционировать как эволюционная стратегия соперничества с представителями своего пола. Понижение социального статуса романтического соперника может увеличить шансы человека привлечь желаемого партнера. В эволюционной биологии такая стратегия называется принижением соперника. Повышение шансов на спаривание с помощью этой тактики в конечном итоге может привести к увеличению количества потомства в течение всей жизни.

В сложившихся отношениях реляционная агрессия может служить тактикой удержания партнера.  Поведение, направленное на манипулирование партнером или отпугивание внешних соперников, может стабилизировать долгосрочные отношения, что, как правило, предсказывает более высокую фертильность. С другой стороны, такое агрессивное поведение может оттолкнуть партнера.

Это может привести к тому, что агрессивный человек разорвет отношения, найдет новых партнеров и, возможно, заведет детей в различных отношениях.

Результаты исследования основаны на поперечном дизайне, то есть данные были собраны в один момент времени. Такой тип данных не позволяет исследователям установить причинно-следственные связи. Вполне возможно, что отношения делают людей более агрессивными, поскольку они пытаются защитить своего партнера, а не агрессия изначально является успеха в романтических отношениях.

В исследовании также использовались анкеты, заполняемые самими участниками. Люди могут недооценивать или занижать информацию о том, как часто они используют манипулятивные тактики, потому что хотят предстать перед исследователями в выгодном свете. В будущих исследованиях можно было бы использовать отчеты коллег или партнеров, чтобы получить более объективную оценку склонности человека к агрессии.

Наблюдаемое влияние реляционной агрессии на рождаемость было относительно небольшим. Такие факторы, как возраст человека и его семейное положение, играли гораздо более важную роль в определении того, сколько у него будет детей. В исследовании также отсутствовали данные о таких переменных, как добровольная бездетность и использование контрацептивов. Отслеживание этих факторов позволило бы понять, как агрессивные люди относятся к современным методам планирования семьи.

В будущих исследованиях необходимо будет изучать эти социальные динамики в непрерывном временном масштабе, а не в единичный момент времени. Лонгитюдные исследования могли бы отслеживать развитие людей с подросткового возраста до репродуктивного периода, чтобы понять, как со временем меняются агрессивные стратегии. Несмотря на ограничения, текущее исследование показывает, что скрытая агрессия может по-прежнему играть определенную роль в репродуктивном успехе человека.