Афантазия бросает вызов теории абстрактного мышления

Афантазия, – неспособность формировать мысленные образы, – бросает серьезный вызов влиятельной в истории философии теории абстрактного мышления. Исследование, проведенное учеными из Тартуского университета, позволяет предположить, что мысленные образы могут играть менее важную роль в человеческом мышлении, чем считалось ранее, и что разум более гибок в своем представлении мира, чем предполагают многие теории.

Большинство из людей, когда их просят подумать о треугольниках, собаках или правосудии, спонтанно представляют себе какую-нибудь мысленную картину: красный треугольник, нарисованный на доске, лохматого терьера, сцену в зале суда. Шотландский философ XVIII века Дэвид Юм считал, что это не просто привычка, а необходимость. По его мнению, разум не может напрямую оперировать чистыми абстракциями и всегда нуждается в конкретном мысленном образе, чтобы приступить к работе. Чтобы подумать о треугольниках в целом, вы должны сначала представить себе конкретный треугольник.

Чтобы подумать о справедливости, нужно мысленно воспроизвести какую-нибудь яркую сцену справедливости или её нарушения.

Но как быть с людьми, которые вообще не способны формировать мысленные образы? Люди с тяжелой формой афантазии ничего не могут представить, когда их просят визуализировать радугу, вообразить лицо близкого друга или вспомнить спальню своего детства. У них просто ничего не получается. Однако они могут рассуждать о радуге, узнавать своих друзей и размышлять о своем прошлом. И они могут оперировать абстрактными понятиями, такими как геометрия, мораль и математика, не хуже других.

В статье, опубликованной в журнале Нейропсихология (Neuropsychologia), доцент кафедры теоретической философии Тартуского университета Уку Туминг и доцент кафедры истории философии Румет Якапи утверждают, что афантазия бросает прямой вызов теории Юма и образным моделям познания в целом. “Если бы абстрактное мышление действительно требовало мысленных образов, людям с афантазией было бы сложно мыслить абстрактно. Но это не так”, – говорит Тооминг.

Как может абстрактное мышление работать без образов?

Авторы рассматривают и отвергают несколько аргументов в защиту теории Юма. Одна из них заключается в том, что афантазики осуществляют абстракцию с помощью образов, возникающих в невизуальных модальностях, например, полагаясь на слуховые или тактильные ощущения, а не на визуальные образы. Однако эта теория не выдерживает критики, поскольку существуют мультимодальные афантазики, у которых отсутствуют образы во всех сенсорных модальностях.

Другая защита апеллирует к непроизвольным образам, предполагая, что даже если люди с афантазией не способны намеренно формировать образы, они все равно могут полагаться на образы, возникающие спонтанно. Эта теория также не выдерживает критики, поскольку образы, необходимые для юмовской абстракции, по крайней мере частично формируются произвольно, а у людей с тяжелой формой афантазии таких образов нет.

Еще одно предположение ссылается на использование пространственных образов, таких как схематическое представление формы или расположения без визуальных деталей. Например, понимание геометрических соотношений треугольника без его изображения.

Однако и эта защита несостоятельна, поскольку таким пространственным представлениям не хватает той чувственной насыщенности, которую Юм считает необходимой.

Наконец, предположение о том, что афантазики могут осуществлять абстракцию посредством языка, например, оперируя не изображением, а словом “треугольник”, поскольку юмовская концепция требует наличия образа для понимания абстрактных понятий, выраженных в языке.

Наиболее убедительная защита апеллирует к сохранению у афантазиков бессознательных образов. Согласно этой точке зрения, даже если человек не может сознательно представить себе радугу или треугольник, он все равно может неосознанно использовать мысленные образы при абстрактном мышлении. В конечном итоге, статья отвергает и этот аргумент, ссылаясь на то, что доказательств существования бессознательных образов при афаназии недостаточно, и недавние исследования, указывающие на полное отсутствие образов, как сознательных, так и бессознательных.

Нечто большее, чем философское исключение

Наконец, в статье рассматривается метатеоретический подход, согласно которому афаназия рассматривается как безобидное исключение. Согласно этому подходу, теория Юма может быть справедлива для большинства людей, даже если она не применима к людям с афаназией. Однако авторы утверждают, что этот подход несостоятелен, поскольку, если афантазикам не требуется образное мышление для абстрактного анализа, это имеет более широкие последствия для понимания их когнитивных процессов в целом.

Это означало бы радикальное различие в психологии людей с афаназией и без нее, что крайне маловероятно. Следовательно, афаназию нельзя рассматривать как простое исключение, а она представляет собой существенный вызов образным теориям мышления.

Полученные результаты имеют значение не только для истории философии. Образные теории познания остаются влиятельными в современной когнитивной науке и философии сознания.

Подпишитесь на сайт Психолог в интернете
в Telegram, ВКонтакте или в MAX
Помощь психолога