Психолог в интернете Новости наук о человеке и психологическая помощь. Сайт психолога Андрея Гаврилова.
То, как человек реагирует на тревожные чувства, может играть столь же важную роль в развитии клинической тревожности, как и тяжесть самой тревожности. Согласно новому исследованию, опубликованному в Журнале клинической психологии (Journal of Clinical Psychology), психологическая ригидность тесно связана с вероятностью развития у человека одного или нескольких тревожных расстройств в течение жизни. Результаты исследования показывают, что умение принимать тревожные чувства и адаптироваться к ним может быть полезной стратегией для смягчения проблем с психическим здоровьем.
С эволюционной точки зрения тревожность выполняет защитную функцию. Эта эмоция побуждает человека предвидеть потенциальные угрозы и предпринимать упреждающие действия, чтобы выжить. Бегство от опасного хищника вызывает страх, а избегание мест, где может затаиться хищник, – тревогу. Обе эти реакции в конечном счёте способствуют выживанию во враждебном мире.
Подобно физическому датчику дыма, система обнаружения угроз в человеческом мозге предназначена для того, чтобы подавать сигнал тревоги и обеспечивать безопасность человека.
С биологической точки зрения потенциальный риск проигнорировать датчик дыма, который время от времени подаёт ложные сигналы, гораздо выше, чем риск поддержания его в состоянии повышенной готовности. Человеческий вид не мог бы эволюционировать, если бы у него не было стратегии, обеспечивающей выживание. Наш мозг от природы склонен к более активному обнаружению угроз и поиску безопасности.
Несмотря на свою эволюционную целесообразность, тревожность может сильно мешать человеку в современной жизни. Человек, опасающийся увольнения, может тратить чрезмерное время на проверку своей работы, что парадоксальным образом увеличивает риск совершения ошибок. Этот парадокс побудил исследователей выяснить, ззависит ли переход от нормальной тревоги к клиническому расстройству от того, как человек реагирует на эти внутренние предупреждающие сигналы. Макс З. Робертс, психолог из Университета Олбани и Дьюкского университета, и его коллеги предположили, что одним из ключевых факторов может быть психологическая ригидность.
Психологическая ригидность возникает, когда человеку сложно адаптироваться к неприятным мыслям и эмоциям. Вместо того чтобы испытывать тревожные чувства и действовать в соответствии с ситуацией, человек с ригидным типом мышления обычно предпринимает жёсткие попытки избежать дискомфорта. Например, человек может в любой момент сбежать с какого-нибудь светского мероприятия, как только почувствует нервозность. Психологическая гибкость, напротив, позволяет человеку испытывать ту же нервозность и оставаться на мероприятии, если оно соответствует его личным целям.
В рамках этой концепции все тревожные расстройства рассматриваются как имеющие общий лежащий в их основе механизм, а не как совершенно отдельные заболевания. Навязчивая идея чистоты и сильный страх высоты на первый взгляд выглядят совершенно по-разному. Однако в обоих случаях речь идёт о функционально схожих попытках избежать предполагаемой угрозы.
Оценка того, как человек реагирует на эти угрозы, может помочь выявить общие механизмы развития различных тревожных расстройств.
Предыдущие исследования выявили связь между ригидным избеганием и клинической тревожностью, но они часто опирались на устаревшие опросники. Эти инструменты оценки подвергались критике за то, что они путали негибкость мышления с общим эмоциональным расстройством. Чтобы устранить это несоответствие, Робертс и его команда решили использовать более современный и точный психологический опросник для изучения взаимосвязи между психической ригидностью и тревожностью.
Сначала исследователи набрали 265 взрослых участников через социальные сети и профессиональные организации, занимающиеся вопросами психического здоровья. Участники прошли серию онлайн-опросников, разработанных для составления их психологического портрета. В анкетах участникам предлагалось оценить свой уровень тревожности за последнюю неделю и измерить свою психологическую ригидность за последние две недели. Участников также просили указать, были ли у них в течение жизни диагностированы тревожные или обсессивно-компульсивные расстройства, и указать общее количество таких расстройств.
Исследовательская группа использовала статистические модели для поиска закономерностей в собранных данных. Они обнаружили, что выраженные симптомы тревожности связаны с более высокой вероятностью развития тревожного расстройства, что соответствовало их первоначальным ожиданиям. Даже с учетом математически рассчитанной степени выраженности симптомов психологическая ригидность по-прежнему была тесно связана с диагностической историей человека. То, как люди справлялись со стрессом, оказалось не менее важным, чем сам стресс.
При повышении уровня психологической ригидности на один балл участники из группы, представляющей население в целом, почти в три раза чаще сообщали о наличии у них как минимум одного тревожного расстройства. Данные также показали, что у них была повышена вероятность одновременного наличия нескольких различных расстройств.
Это говорит о том, что реакция человека на свою тревогу сама по себе влияет на его психическое здоровье.
Чтобы подтвердить эти закономерности, исследователи повторили свой анализ с участием отдельной группы из 853 студентов. Эти студенты обучались в крупном университете на северо-востоке США и прошли тот же самый набор онлайн-тестов, что и группа из местного сообщества. Поскольку выборка студентов представляла собой другую возрастную группу и уровень образования, этот второй анализ позволил исследователям проверить надежность своей теории.
Результаты, полученные в студенческой группе, в значительной степени совпали с результатами выборки из общей популяции. Более высокий уровень психологической ригидности снова был связан с повышенной вероятностью наличия тревожного расстройства, независимо от того, насколько выраженными были недавние симптомы тревожности у студентов. Хотя в студенческой группе математический эффект был выражен чуть слабее, общая закономерность осталась прежней. В обеих группах люди, которые демонстрировали ригидные, избегающие реакции на внутренний дискомфорт, чаще страдали клиническими тревожными расстройствами.
Исследователи также изучили демографические переменные в обеих выборках, чтобы выяснить, влияют ли другие факторы на историю постановки диагноза. Они обнаружили, что принадлежность к европеоидной расе и женский пол независимо друг от друга повышают вероятность постановки диагноза тревожного расстройства. Эти демографические связи сохранялись даже тогда, когда исследователи учитывали степень выраженности тревожности и психологическую ригидность в своих статистических моделях.
Исследовательская группа отмечает, что наличие официального диагноза мможет отражать доступность психиатрической помощи, культурные особенности обращения за помощью или предвзятость врачей. Диагноз, поставленный самому себе пациентом, не всегда является объективным показателем того, кто испытывает наибольшие психологические страдания. Социальные и культурные факторы, вероятно, влияют на получение официального медицинского подтверждения наличия тревожного расстройства.
Это указывает на необходимость более глубокого изучения того, как расовая и гендерная принадлежность влияют на оценку психического здоровья.
Исследование основывалось на данных, собранных в один момент времени с помощью одномоментных опросов. Поскольку в рамках исследования не велось наблюдения за участниками в течение нескольких лет, по полученным данным невозможно установить хронологию событий. Исследователи не могут с уверенностью утверждать, что психологическая ригидность вызывает тревожные расстройства или что наличие тревожного расстройства делает человека более психологически ригидным. Кроме того, диагнозы были указаны самими участниками, и не подтверждались клиническими опросами или медицинскими документами.
В будущих исследованиях можно будет использовать структурированные клинические оценки для подтверждения диагнозов участников. Медицинские работники также могут изучить вопрос о том, способны ли методы лечения, направленные на повышение психологической гибкости, быть эффективными при одновременном лечении нескольких форм тревожных расстройств. Такие методы, как терапия принятия и ответственности, направлены на формирование гибкого поведения, а не просто на полное избавление от тревожности. Уменьшение выраженности симптомов тревожности и обучение людей гибкому реагированию на эти симптомы могут стать действенными способами улучшения психологического благополучия.
в Telegram, ВКонтакте или в MAX
Помощь психолога
