Психолог в интернете Новости наук о человеке и психологическая помощь. Сайт психолога Андрея Гаврилова.
Недавнее исследование, опубликованное в журнале Биологическая психология (Biological Psychology), показало, что одиночество связано с тем, как люди воспринимают и обрабатывают свои внутренние телесные ощущения. Согласно полученным данным, люди, которые чаще испытывают чувство одиночества, меньше доверяют своим телесным ощущениям и демонстрируют сниженную мозговую активность, связанную с контролем сердечного ритма. Это исследование позволяет с физиологической точки зрения объяснить, почему одиночество часто сопровождается сопровождается повышенным эмоциональным дистрессом.
Обычно одиночество понимается как отсутствие социальных контактов, но психологи описывают его как состояние повышенной чувствительности к негативным эмоциям и социальным угрозам. Эта точка зрения известна как модель гипербдительности одиночества. Согласно этой модели, одинокие люди, как правило, находятся в состоянии повышенной готовности к социальному отторжению, что может привести к усилению стресса и трудностям в управлении эмоциональными реакциями.
«Одиночество – это серьёзная глобальная проблема, связанная с различными психическими и физическими расстройствами”, – говорит автор исследования Кентаро Оно, доцент Центра изучения мозга, разума и когнитивных наук при Университете Хиросимы.
“В Японии к этой проблеме относятся настолько серьёзно, что правительство даже назначило министра по делам одиночества».
Как отмечает Оно, его лаборатория имеет опыт работы в области психиатрии, поэтому возник интерес к тому, как одиночество провоцирует психические расстройства. “Несмотря на то, что существует множество исследований о том, кто подвержен одиночеству и как с ним справляться, основные механизмы возникновения одиночества остаются в значительной степени неизвестными”, – говорит Оно.
Исследовательская группа обратила внимание на то, что эмоциональная изоляция часто описывается в физических терминах. “Мы заметили, что люди часто описывают одиночество через физические ощущения, такие как стеснение в груди или чувство, будто земля уходит из-под ног”, – говорит Оно. “Наша лаборатория уже изучала „интероцепцию“, то есть восприятие наших внутренних телесных состояний. Поэтому мы решили устранить этот пробел, изучив взаимосвязь между одиночеством и интероцепцией, надеясь лучше понять, как эти эмоциональные переживания физически проявляются в теле”.
Регуляция эмоций во многом зависит от процесса интероцепции. Психологи разделяют интероцепцию на различные категории, чтобы лучше понять, как она работает. Интероцептивная точность – это то, насколько хорошо человек может физически распознавать внутренние сигналы, такие как учащенное сердцебиение. Интероцептивная чувствительность описывает субъективные представления человека о своих телесных ощущениях, в том числе, считает ли он эти физические реакции достоверными или вызывающими дистресс.
Предыдущие исследования показали, что интероцептивная чувствительность играет определенную роль в том, насколько хорошо люди справляются с негативными чувствами. Известно, что области мозга, отвечающие за когнитивный контроль, такие как дорсолатеральная префронтальная кора, также помогают обрабатывать телесные сигналы. Эта область мозга помогает интегрировать физические ощущения с эмоциональной значимостью,, чтобы регулировать стресс.
Для измерения этой связи между мозгом и телом ученые часто изучают вызванный сердцебиением потенциал.
Это специфический паттерн электрической активности мозга, который возникает в ответ на каждое отдельное сокращение сердца.
Исследователи разработали исследование, чтобы выяснить, связано ли одиночество с различиями в интероцептивной точности, интероцептивной чувствительности и активности мозга, вызванной сердцебиением.
В исследовании приняли участие 45 здоровых студентов университетов в возрасте от 18 до 25 лет. Шесть участников были позже исключены из исследования из-за проблем с качеством данных, в результате в окончательную выборку вошли 39 человек. Сначала участники заполнили ряд анкет. Они включали Шкалу одиночества Калифорнийского университета в Лос-Анджелесе для измерения субъективного чувства изоляции (UCLA Loneliness Scale), Многомерную оценку интероцептивной осознанности (MAIA) для оценки интероцептивной чувствительности и стандартный опросник для оценки симптомов депрессии.
Затем участники выполнили два поведенческих задания для измерения интероцептивной точности. В задании на подсчет сердечных сокращений их просили молча считать удары своего сердца в течение различных промежутков времени – от 25 до 50 секунд, не проверяя пульс. В задании на определение синхронности сердечных сокращений они прослушивали серию звуковых сигналов и должны были определить, совпадают ли звуки с их собственным сердцебиением или запаздывают.
Наконец, исследователи зафиксировали активность мозга и сердца участников. Участники сидели в тихой, слабо освещенной комнате в течение трех минут, пока исследователи непрерывно записывали электроэнцефалограмму (ЭЭГ) и электрокардиограмму (ЭКГ). ЭЭГ использует датчики на коже головы для измерения электрических волн мозга, а ЭКГ измеряет электрическую активность сердца. Исследователи использовали эти данные для выделения потенциала, вызванного сердечными сокращениями, что позволило им увидеть, как мозг реагирует на сердечные сокращения.
Средний показатель одиночества в выборке составил 40,5 балла из 80 возможных, что указывает на умеренный уровень одиночества у студентов.
Результаты опроса показали, что более высокие показатели по шкале одиночества коррелируют с определенными аспектами интероцептивной чувствительности.
Люди, которые чувствовали себя более одинокими, чаще сообщали о беспокойстве по поводу своих телесных ощущений. Они также сообщали о более низком уровне эмоциональной осознанности, меньшей способности использовать телесные ощущения для совладания со стрессом и меньшем доверии к своему телу как к надёжному источнику информации.
«Мы были весьма удивлены и в конечном итоге успокоились, узнав какие закономерности выявились в данных нашего опроса», – говорит Оно. Он отмечает, что опросник MAIA (Многомерная оценка интероцептивной осознанности) измеряет интероцептивную чувствительность по нескольким различным категориям. «Мы обнаружили сильную корреляцию между Шкалой одиночества Калифорнийского университета в Лос-Анджелесе и одной конкретной категорией MAIA: той, которая отражает то, как люди думают о своем теле или оценивают его. То, что корреляция чётко локализована в рамках этой конкретной категории, а не распределена по всем категориям, придало нам уверенности в надёжности наших данных».
Одиночество не было связано с интероцептивной точностью. Участники с более высоким уровнем одиночества так же хорошо справлялись с подсчётом сердечных сокращений и различением синхронизированных тонов, как и участники с более низким уровнем одиночества. Вариабельность сердечного ритма – физиологический показатель, отражающий изменения временных интервалов между последовательными сердечными сокращениями, – также не показала статистической связи с одиночеством.
Изучив записи электроэнцефалограммы, исследователи обнаружили связь между одиночеством и тем, как мозг обрабатывает сигналы, поступающие от сердца.
Чем выше был уровень одиночества, тем ниже была электрическая активность мозга в ответ на сердечные сокращения в левой лобной доле. С помощью специализированного программного обеспечения для локализации источников ученые отследили это снижение электрической активности до левой дорсолатеральной префронтальной коры – области мозга, которая обычно участвует в когнитивном контроле высшего порядка и регуляции эмоций.
Чтобы убедиться, что эти паттерны мозговой активности связаны именно с одиночеством, а не с другими факторами, исследователи использовали дополнительные статистические модели. Связь между одиночеством и снижением реакции мозга на сердечные сокращения сохранялась даже после того, как исследователи учли возраст, пол и выраженность депрессивных симптомов участников. Это свидетельствует о том, что наблюдаемые физиологические различия связаны именно с переживанием одиночества, а не с общей депрессией.
«Самый важный вывод заключается в том, что мозг и тело постоянно взаимодействуют друг с другом, и изменения в состоянии вашего тела влияют на ваше психическое состояние, – говорит Оно. “Поэтому внимание к своему телу и забота о нем крайне важны для эмоционального благополучия».
Оно добавляет, что полученные результаты подтверждают идею о том, что социальные связи помогают людям регулировать свои физиологические реакции. «В нашем исследовании мы пришли к выводу, что у людей с низким уровнем одиночества мозг успешно распознаёт телесные изменения, вызванные изоляцией, что позволяет им эффективно регулировать и корректировать своё физическое состояние», — объясняет Оно. “И наоборот, люди с высоким уровнем одиночества склонны игнорировать эти телесные изменения или не придавать им значения”.
«Поскольку они не обращают внимания на свою физиологическую реакцию на изоляцию и не корректируют её, они могут ещё больше погружаться в одиночество».
«Исходя из этого, мы предполагаем, что практики, которые помогают целенаправленно направлять внимание на своё тело, такие как йога или медитация осознанности, могут быть эффективными методами для облегчения одиночества», – отмечает Оно.
Исследование проводилось с использованием поперечного дизайна, то есть исследователи измеряли все переменные в один момент времени. Из-за этого невозможно определить направление взаимосвязи. Возможно, снижение способности мозга обрабатывать телесные сигналы приводит к чувству одиночества, а хроническая социальная изоляция может влиять на то, как мозг обрабатывает внутренние ощущения.
“Важно отметить, что в нашем текущем исследовании участвовала относительно небольшая выборка – около 40 человек”, – говорит Оно. “Поэтому мы должны быть осторожны и пока не переоценивать силу этих эффектов.».
Эта небольшая выборка студентов университета в целом сообщила об умеренном уровне одиночества, а значит, полученные результаты могут быть неприменимы к пожилым людям или тем, кто испытывает сильную хроническую социальную изоляцию. В ходе исследования также регистрировалась активность мозга в состоянии покоя, а не во время выполнения активной эмоциональной задачи. Это ограничивает возможность напрямую связать паттерны мозговой активности с активной регуляцией эмоций в реальных социальных ситуациях.
Использование ЭЭГ для определения источника мозговой активности имеет пространственные ограничения по сравнению с другими методами визуализации. Хотя данные указывают на левую дорсолатеральную префронтальную кору, электроды ЭЭГ, расположенные на коже головы, дают лишь приблизительное представление о том, где в мозге зарождаются электрические сигналы. «Чтобы сделать более точные и обобщенные выводы, мы уже планируем провести гораздо более масштабное исследование для дальнейшего изучения взаимосвязи между одиночеством и интероцепцией», – добавляет Оно.
«В дальнейшем нас очень заинтересует вопрос о том, можно ли спрогнозировать, насколько человек будет подвержен одиночеству в будущем, – говорит Оно.
“Например, поступление в университет — это серьезное изменение обстановки, в результате которого многие студенты оказываются в изоляции».
«Если мы сможем использовать эти результаты для выявления людей, особенно подверженных одиночеству в такие переходные периоды, мы, возможно, сможем разработать и внедрить гораздо более эффективные профилактические меры».
в Telegram, ВКонтакте или в MAX
Помощь психолога
