Психолог в интернете Новости наук о человеке и психологическая помощь. Сайт психолога Андрея Гаврилова.
Новый масштабный обзор психологических исследований показывает, что люди, которые чувствуют, что их жизнь наполнена смыслом, как правило, реже впадают в депрессию. Результаты, опубликованные в Журнале аффективных расстройств (Journal of Affective Disorders), свидетельствуют о том, что наличие цели в жизни служит психологическим буфером, защищающим от негативных эмоций. Характер этой ассоциации зависит от культурной принадлежности, возраста и физического состояния человека, что указывает на сложную и многогранную связь между личным мировоззрением и психическим благополучием.
Психологи определяют смысл жизни как способность человека осмысливать свой жизненный опыт и осознавать ценность собственного существования. Сторонники экзистенциального подхода полагают, что отсутствие смысла служит первопричиной депрессивных состояний, поскольку человеку необходима некая жизненная философия, помогающая преодолевать невзгоды. И наоборот, биомедицинские модели утверждают, что депрессия – это в первую очередь физиологическая проблема, обусловленная генетикой, химией мозга или нейродегенеративными заболеваниями.
С чисто медицинской точки зрения абстрактные психологические понятия, как жизненная цель, отходят на второй план по сравнению с методами биологической терапии.
Чтобы разрешить противоречия в результатах предыдущих исследований, психологи Ухань Оуян и Синьцян Ван из Цзянсийского педагогического университета возглавили группу ученых, поставивших цель выяснить, как именно чувство осмысленности жизни связано с депрессией. Они хотели выяснить, является ли эта связь универсальной или на ее силу влияют внешние факторы. Исследователи собрали данные из 278 ранее опубликованных исследований для проведения мета-анализа. Этот статистический метод объединяет результаты нескольких независимых проектов, чтобы выявить более широкие тенденции, которые могут быть упущены в рамках одного исследования.
Этот подход позволил исследовательской группе проанализировать данные более чем 250 000 участников из разных стран мира. Используя специализированную трехуровневую статистическую модель, ученые учли как вариативность выборок в отдельных исследованиях, так и более масштабные различия, характерные для всего массива научной литературы. Проанализировав объединенные данные, Оуянг и Ван обнаружили умеренную отрицательную корреляцию между общим ощущением смысла жизни и депрессией. По мере того как у человека росло ощущение смысла жизни, уровень депрессии, как правило, снижался.
Чтобы лучше понять эту динамику, исследователи разделили широкую концепцию смысла на несколько отдельных компонентов. Они рассматривали такие аспекты, как когерентность, наличие цели и убежденность человека в значимости собственного существования. Когерентность, то есть способность осмысливать свою жизнь и окружающий мир, имеет самую сильную негативную связь с депрессией. Люди, ощущавшие логическую обоснованность своей жизни, реже всего сообщали о симптомах депрессии.
Убежденность в том, что жизнь обладает внутренней ценностью, также была тесно связана с более низким уровнем депрессии. Чувство цели, определяемое как наличие четких жизненных целей, продемонстрировало аналогичную защитную связь. Однако картина кардинально изменилась, когда исследователи обратились к понятию «поиска смысла». В данном случае речь идет об активном стремлении человека обрести цель, а не о ее наличии в настоящий момент.
В целом, сам по себе поиск смысла не показал статистически значимой связи с депрессией.
Однако исследователи обнаружили, что за этим, на первый взгляд, нейтральным результатом скрывалось существенное культурное различие.
В индивидуалистических культурах, таких как США или Великобритания, активный поиск смысла жизни был связан с более высоким уровнем депрессии. В коллективистских культурах, таких как Китай или Южная Корея, поиск смысла жизни был связан с более низким уровнем депрессии.
Исследователи предполагают, что такое расхождение происходит из-за того, что в индивидуалистических обществах люди должны самостоятельно определять свои жизненные цели. Необходимость решать эту задачу в одиночку может приводить к глубокой фрустрации и чувству изоляции, если человек сталкивается с трудностями в поиске ответов. В коллективистских обществах поиск смысла жизни, как правило, рассматривается как совместная социальная задача: в таких культурах личное предназначение часто неразрывно связано с семейными узами и общественными обязательствами.
Эта коллективистская модель обеспечивает социальную поддержку, способную защитить от негативных эмоций в периоды неопределенности. Разделение психологического бремени поиска жизненной цели, по-видимому, помогает предотвратить развитие депрессии. Физическое здоровье также сыграло важную роль во взаимосвязи между наличием жизненной цели и уровнем депрессии. У людей с диагностированными заболеваниями связь между наличием цели в жизни и сниженным уровнем депрессии была гораздо более выраженной, чем у здоровых людей.
Хроническое или тяжелое заболевание может лишить человека привычного уклада жизни и долгосрочных целей, отняв у него привычные источники радости. В таких стрессовых ситуациях сохранение чувства цели обеспечивает психологическую опору. Четкое понимание жизненных ориентиров помогает пациентам переосмыслить трудности и справиться с эмоциональным потрясением. На результаты, представленные в различных исследованиях, также повлияли инструменты, использовавшиеся для оценки уровня депрессии.
Исследователи выявили наиболее сильную отрицательную корреляцию между ощущением смысла жизни и депрессией в тех работах, где использовалась Шкала депрессии Бека.
Этот опросник позволяет оценить как эмоциональное неблагополучие, так и физические проявления депрессии – например, утомляемость или изменения аппетита. Поскольку отсутствие смысла жизни часто выражается в физической вялости, данный инструмент эффективнее отражал взаимосвязь психического и физического состояния, чем общие опросники для оценки психического здоровья. На результаты также влиял возраст – в частности, от него зависела степень связи между наличием смысла жизни и сниженным уровнем депрессии.
Этот защитный эффект был наиболее выражен у людей среднего возраста и наименее – у подростков. Средний возраст часто сопряжен с длительным воздействием стрессовых факторов, связанных с карьерой и семейными обязанностями. Устойчивое чувство цели помогает эффективно справляться с этими серьезными жизненными нагрузками. Подростки же, напротив, все еще находятся в процессе формирования навыков эмоциональной саморегуляции и становления собственной идентичности.
Поскольку мировоззрение подростка еще только формируется, проявления депрессии у них зачастую теснее связаны с непосредственными факторами окружающей среды – например, с давлением в школе или отношениями со сверстниками. Подросткам недостает зрелых психологических механизмов, позволяющих сглаживать негативные эмоции благодаря наличию устойчивой жизненной философии. Поскольку подавляющее большинство проанализированных исследований основывалось на данных наблюдений, полученных в один момент времени, полученные результаты не могут доказать, что отсутствие смысла непосредственно вызывает депрессию. Вполне вероятно, что именно депрессивное состояние затрудняет поиск смысла, создавая тем самым трудноразрешимый замкнутый круг.
Большая часть данных была получена с помощью анкетирования (на основе самоотчетов). Этот метод сбора данных может привести к предвзятости, если участники отвечают так, как, по их мнению, от них ожидают в обществе. В будущих исследованиях потребуется отслеживать состояние людей в течение длительного времени, чтобы выяснить, предшествуют ли изменения в ощущении жизненной цели изменениям в выраженности депрессивных симптомов.
Исследователи также отмечают нехватку данных о людях, которым был официально поставлен клинический диагноз депрессии.
В имеющейся научной литературе также недостаточно данных об участниках, принимающих антидепрессанты. Расширение исследований с участием таких групп пациентов может помочь психологам разработать более эффективные методы лечения. В будущем такие методы могут сочетать традиционные медицинские подходы с практиками, направленными на обретение смысла. Понимание того, как такие факторы, как возраст, болезнь и культура, формируют человеческий опыт, может в конечном счете привести к более персонализированной психиатрической помощи.
в Telegram, ВКонтакте или в MAX
Помощь психолога
