Новая вычислительная модель, использующая измерения проводимости кожи для оценки эмоционального возбуждения, связанного со стрессом, выявила значительную разницу в усвоенных реакциях страха и безопасности с течением времени у взрослых с бессонницей и без нее.
Исследование, проведенное доктором Роуз Т. Фагих из Инженерной школы Тандон Нью-Йоркского университета в США и ее коллегами из Гарвардской медицинской школы в США, опубликовано в журнале “Публичная научная библиотека: Психическое здоровье” (PLOS Mental Health).
Бессонница, от которой, по оценкам, страдает 10% населения, часто рассматривается как состояние хронического гипервозбуждения, связанное с нарушением эмоциональной и вегетативной регуляции. Считается, что сон способствует закреплению процесса угасания страха – обучения тому, что стимул, ранее воспринимавшийся как угрожающий, больше не несет опасности., формируя новую, тормозящую “память о безопасности”, которая вытесняет уже сложившуюся “память о страхе”.
Электропроводность кожи, то есть изменение электрических свойств кожи, вызванное активностью потовых желез, является общепризнанным маркером стресса и эмоционального возбуждения.
В предыдущих исследованиях, посвящённых электропроводности кожи и угасанию страха, основное внимание уделялось резким, отдельным проявлениям стрессовой реакции.
В новом исследовании ученые разработали две статистические модели для оценки уровня стресса и возбуждения на основе показателей кожной проводимости: одна модель учитывала только отдельные всплески, а другая – также непрерывный фоновый уровень сигнала.
Обе модели были применены к данным кожной проводимости, полученным от группы из 24 взрослых, страдающих бессонницей, и 24 человек с нормальным сном. Участники выполняли задание, в ходе которого у них временно вырабатывался страх перед определенным визуальным стимулом, а затем они узнавали, что этот стимул больше не представляет опасности.
Только модель, учитывающая тонический фоновый сигнал, выявила значимое различие между двумя группами. На этапе выработки условного рефлекса, когда зрительный стимул сочетался с легким ударом тока, и на этапе угасания, когда такое сочетание отсутствовало, средний «индекс высокой возбудимости» у людей с бессонницей повышался, а у тех, кто хорошо спал, – немного снижался.
Другие различия между группами – в том числе более низкий средний уровень возбуждения в процессе выработки условной реакции и более высокий средний уровень возбуждения при воспроизведении воспоминаний, связанных со страхом или безопасностью, на второй день – демонстрировали схожую картину, однако не достигли статистической значимости.
Эти результаты свидетельствуют о том, что из-за того, что у людей, страдающих бессонницей, не смогла в полной мере сформироваться память о безопасности в первый день или сохраниться до второго дня, новая «память об угасании» (связанная с отсутствием угрозы) оказалась слишком слабой, чтобы противостоять исходной «памяти о страхе» при попытке её воспроизведения. “Наше исследование показывает, что бессонница – это не просто плохой сон”.
“Бессонница напрямую связана со способностью организма усваивать и запоминать тот факт, что угроза исчезла”, – резюмирует ведущий автор исследования Тянью Хван.
“Считается, что гипервозбуждение является одним из фундаментальных факторов риска развития бессонницы. Нас очень порадовало, что сложный математический анализ кожной проводимости позволил выявить тот же эффект, который мы ранее наблюдали с помощью функциональной МРТ (фМРТ)”, – пишет соавтор исследования доктор Эдвард Пейс-Шотт. “Это гипервозбуждение может препятствовать последующему усвоению информации о том, что стимул стал безопасным. Возможно, именно поэтому методы лечения тревожных расстройств, основанные на экспозиционной терапии, оказываются более эффективными у людей с качественным сном”.
“Используя разработанные нами ранее виртуальные датчики симпатического возбуждения, основанные на микрофлуктуациях потоотделения, мы сравнили пациентов с бессонницей и здоровых людей из контрольной группы в процессе угасания реакции страха. Выяснилось, что бессонница связана со сниженной способностью подавлять физиологические реакции на угрозу”, – добавляет старший автор исследования Фагих.
“В нашем исследовании люди, страдающие бессонницей, по сравнению со своими здоровыми сверстниками, испытывали более сильное возбуждение, когда опасность миновала. Для пациентов это может служить объяснением того, почему страх перед тем, что «плохая ночь испортит завтрашний день», сохраняется, несмотря на множество последующих дней, которые в итоге проходят вполне благополучно”, – отмечает соавтор исследования доктор Райан Боттари.
“Интересно, что показатели возбуждения, полученные на основе анализа определенных компонентов кожной проводимости, служат своего рода индикатором нарушенной реакции страха у людей с диагнозом “бессонница”. Это открытие может послужить стимулом для дальнейших исследований электропроводности кожи и использования носимых устройств для ее измерения с целью улучшения сна в повседневной жизни”, заключает соавтор исследования доктор Саман Хазаи.
в Telegram, ВКонтакте или в MAX
Помощь психолога
Психолог в интернете Новости наук о человеке и психологическая помощь. Сайт психолога Андрея Гаврилова.